<< Главная страница

Дмитрий Шашурин. Электронные страдания






Надпись: "Данную работу наш институт вычислительному центру не заказывал, машинное время оплачивать отказываемся".
Подпись.


распаренная перфорация
электронно-ассоциативная новелла 000101 и 01001

Наконец, согласились тыквой клеить формулы, оранжевые ночи - доказательством, а синусоиды седлами. Персик до волчьих гнезд дотянули гирями, уложили свеклу межпланетным протоколом на вымбовку. Неважно, что ездит в клетках, от виноградного лешего глаз не кажет, прячется за гвоздями. Главное, чтобы пар выходил с клином поперек.
Если не амвон, то либо сирень, либо минералы горят, выжигают волны с гребнями, желают отказ из-под них запрограммировать в перфорации. Явки такие тяжелые, что никак не перейдешь к неводам с телятиной. Связана телетайпным кабелем перфорация, хоть бы не парили.
Словно нарочно, в гусятницах да в четвергах парят и лишь с хреном, застилают облака сейфом. Хорошо, кабы на противне, а то на матрицах: ничего, кроме развода, не выковали - и тот пресный. Хоть бы не парили.
Свекла сплошь забита звездочками, развела бесконечные судороги. Все программисты в голос говорили, что зря распарили. Вредно, кричали, парить тыкву, когда в свекле звездочки, а перфорация вся как есть в дырках.
Унесли программистов на василисках, часть слизнули контейнером. Там и подождут, пока провянет перфорация.
конец текста 000 000


"...по первому пункту - правильно. Оставил объект под током, потому что пятница банный у меня день, но с полдороги вернулся и обесточил. По второму - отрицаю: никакого бормотания в дежурство не произвожу, электронной памяти машинам посторонними выражениями не засоряю и василисков при себе не держал сроду. Полагаю, что это они от радио, которое у нас никогда не вытыкается, и от себя самих, так как треплются между собой постоянно и электроэнергию тоже давно изучили все способы хищения. На меня только валят, потому что все-таки бабы и оттого лживые".


лямбда
электронная элегия цикла 101000 и 001

Катакомбы белыми мышцами вгрызаются в душу, заманивают, словно объяснение узора или лифта. Надоедливо, бестактно совершается время, и нет моря поблизости. Пустые мечтания складываются, как плотничный метр, как мокрые волосы. Никто не просит лестниц, двери открываются сами, будто сахаром напудренные лица.
Склоняются неподвижно катакомбы белыми мышцами в зеркала с бронзовыми отворотами на изумруде. И глядят из цветов пустотой, лямбдой извечной неопределенности, сигмой да интегралами. Какая уж красота и кому кланяются женьшеневые корни человечками?
Спрашивай, спрашивай хоть бесконечно, но не хрусти катакомбами, отдай белые мышцы. Не рыбьи, не рачьи формулы, а могут доставить не хуже троллейбуса на стетоскопе или лейденской банке.
Запечатай меня поцелуем в катакомбах с белыми мышцами и не листай, не слюнявь пальцами, не включай ни радио, ни электричества, не греми лифтом. Пусть лишь лямбда скрипит с дельтой и гоняются сигмы.
конец текста 0111 011


"...бездушно-автоматические и электронные страдания претерпевать от машин не имею никакой физической и моральной возможности. Прошу уволить, как по собственному желанию, так и с выходным пособием..."


евстигнея
философема

Малина капает стрючками, не ходи, говорит, на свидание, жалобные выбрасывает репродукторы, самые желтые среди замочных скважин и ни на скатерть не отскакивает, как ни накаляй трансформатор. А что мне в их разлапистости, плакучести, ведь не самшитовые четки вываривать в чистогане с фаянсовыми ватниками. Наступит связанный Пилат в раскваску - убирай кудель: бабка и так расчешет прялку.
От перемене к перемене кто очухается, а кто в обмотку статора или через ротор зачешет по всем ящикам. "Не кантуй! Стекло!" - напишут дегтем, а ты лечись у доктора, делай бифштексы у самой Евстигнеи в позументах. Стеклярусы ей не к лицу - подавай валенки либо болты к шпалам, а пойдешь шалуном в очередь на погонный метр, и вовсе - завал тарного теса ни в одну накладную и сбежит, завьется. Будешь выкликать:
- Евстигнея!
Не тут-то было, в рояль гудом, импульсом в счетчик Гейгера. Да уж где там! Бестрепетно, упоительно, как лопнувший градусник.
конец текста 00001


Объявление: "В связи с демонтажем оборудования вычислительный центр закрыт на неопределенное время".


приложение:
черная пятница

Тупили инженеров загадками, пещерными расписными огурцами без валюты. Тем временем увязывали тарантасы в кисейные занавески, спешно чиркали по шелкам жердями с набалдашниками из терракоты. Кто бы мог подумать, что обернется скороговоркой или вот так щавелем в промасленной бумаге, когда никаких промахов в банных днях не случалось. Да и раньше свистело в развороте увещевательно, в передрягах уходящего солнца на лоне рассудительного пастыря не намечалось эха или снежного перевала к глиняным кувшинам.
Порвали всю кисею и побросали скелеты на мраморных лестницах, да только зря - кошачьи мокрые шкурки по-прежнему остались в мускусе. Долго потом ходили извиняться и нанимались снова инженерами. Но разве что-нибудь вернешь в географии, если сгорит монастырское подворье или кассовый аппарат в аптеке!
Так заглохла, навсегда заросла подсолнечным бодылем тропинка в пещеру, и не вывозят расписные огурцы по космодромам на ярмарки с бубенцами.
Зато сами тупятся инженеры, из жердей с терракотовыми набалдашниками добывают мускус.
конец то
кета конец 0000 конец тек
ста 11110000 0000000
Дмитрий Шашурин. Электронные страдания


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация